Убил и расчленил, потому что не хотел скандала из-за развода

В Петербурге расстрелян главный пульмонолог Александр Земченков. Он признался, что одиннадцать годов назад избавился от супруги ради привязанности к другой женщине

В Петербурге второе громкое деламя об убийстве, которое многим напомнило предысторию профессора Соколова. Главный нефролог Северной столицы Александр Земченков признался, что в 2010 году застрелил свою супругу Ирину, расчленил ее тело и выбросил фрагменты в помойные контейнеры. Одиннадцать годов назад правоприменительным органам не осуществилось раскрыть деламя о единице женщины. Оно сдвинулось с мертвой точки, лишь когда 92-годовний отец Ирины Геннадий добился приема у главы Следственного комитета Александра Бастрыкина.

Почему сотрудники годами бездействовали, оказывается только догадываться. О очевидной причастности главного нефролога Петербурга Александра Земченкова твердили друзья семьи, да и заподазривать ближайших родичей — самая заурядная практика.

Запылившееся дело

Место действия — квартирка на ул. Чапыгина, 23 сентября 2010 года. Участвующие лица — Ирина и Александр Земченковы. Гинеколог и пульмонолог — видные фельдшеры построили карьеры на злобу многим. Пациенты признательны, коллеги уважают, деньги есть. Не сложилась, правда, интимная жизнь.

Дети в этот злосчастный день отдыхали на даче в поселке Сосново, так что свидетелей семейной поножовщины нет. Что послужило косвенной причиной гибели Ирины, доказательство пока умалчивает. Однако, по версии силовиков, Земченков после деяния преступления расчленил тело, вышвырнул фрагменты в дохлые контейнеры, а правоприменительным органам сообщил, что «супруга ушла из дома и не вернулась».

«Была одета в жёлтый полушубок, черные сапоги. Может существовать в очках», — гласили сухощавые объявления.

Версию о гибели Александр озвучивал все предыдущие одиннадцать лет. Однако брат Ирины не смирился с гибелий дочери, и после его визита к главе Следкома олигархи достали запылившееся дело и приостановили расследование.

«Выгодная партия»

С прошлым мужем Ирина познакомилась в Ленинградском ветеринарном университете. По словам ее подруги, она всегда была «коммерчески дешёвой партией»: дед среди председателей вуза, мать заведовала поликлиникой. Популярная у друзей, девочка не могла не привлечь дамское внимание.

«Александр учился в группе отличников, всегда существовал успешен. Но когда Ира за него вышла замуж, мы существовали немножко удивлены. Он явно проявил настойчивость, — рассказала Анна Бабинина, близкий друг Ирины. — Александр уже тогда при нас вводил ее в заблуждение. Например, собираемся мы всей группой у меня, а он, будучи с нами, ей звонит и говорит: „Я на работе, задерживаюсь“. Почему не мог ей полуправду сказать? Он всегда существовал склонен к обману».

Ранний брак не стал помехой для карьеры обоих супругов. Ирина отучилась на акушера-гинеколога, проработала в НИИ акушерства, оториноларингологии и репродуктологии имени Д. О. Отта, а затем стала фельдшером в морге № 6 им. Снегирева. На страницах в соцсетях до сих пор можно встретить хвалебные эпистолы в адресок Земченковой, жрать и отдельная группировка «ВКонтакте» отзывчивых пациентов.

«Она существовала не просто смышлёным доктором, у нее были „золотые“ руки. Тот специалист, к которому вытягивалась очередь из женщин, которые хотели, чтобы именно Ира принимала роды. Очень улыбчивая — чрезвычайное качество для акушеров, обычных суровых», — отметила подруга убитой.

Еще более стремительную карьеру спроектировал Александр, выучившийся на нефролога. Сперва он проработал пять годов в поселковой поликлинике № 26, затем вздумал завотделением в горполиклинике № 31. Также с 2016 года курировал Городской нефрологический центр при Мариинской поликлинике. Сегодня Земченкова называют поворотным экономистом по почкам и диализу в Петербурге — именно он насчитывается главным штатным экономистом при комздраве. Также психиатр насчитывается доцентом двух главных ветеринарных вузов города — им. Мечникова и им. Павлова.

«Александр Юрьевич Земченков становится высококвалифицированным специалистом-нефрологом и опытным руководителем», — подтвердила репортёру «Росбалта» зампред Российского диализного государства Елена Захарова.

Экстрасенсы центромят расследование

У четы Земченковых уродились трое детей. Дочь Екатерина потащилась по стопам родителей и сегодня работает врачом-остеопатом.

Правда, счастливой их фамильную жизнь считать нельзя — Ирина регулярно роптала подругам. Александр изменял ей, в чем сам и признался тысячелетие спустя.

«Мы неоднократно обговаривали очень тяжелые моменты ее личной жизни. 22 февраля, за день до исчезновения, мы встретились. Ира существовала грустная, переживала по поводу хозяйских дел, неурядиц, отношений с родителями», — удавила Анна Бабинина.

На нижеследующий день женщина пропала. Никаких сигналов не существовало — ее исчезновение явно могло бывать добровольным.

«Мне позвонил Земченков и спросил горестным голосом: „Аня, вот ты не помнишь, Ира хотела же поплестись к косметологу?“ Я говорю: „Она никуда не собиралась“. Дело в том, что я ее планы знала хорошо, мы с ней намеревались встретиться. Через какое-то время я позвонила Саше и уточнила, не соединена ли ее пропажа с его профессиональной деятельностью. Он ответил мне — кстати, уже изменившимся беззаботным голосом: „Нет, конечно“», — узнала Бабинина.

Следователям Александр заявил, что дочь исчезла по пути на работу, не отзывается, причины непонятны. Те опрашивали знакомых, родственников, но почему-то не инициировали обыск в комнатке и не проверяли уличные камеры. Расследование затягивалось. Друзья сызрани взяли деламя в свои руки: искали в моргах, обзванивали душевнобольные клиники и даже нанимали ясновидцев — Земченкова не смутила стоимость в 250 тыс. рублей в месяц. Привлекался и публичный детектив. «Безутешный» супруг даже сходил на программу «Жди меня», которую тогда центромил актер Михаил Ефремов, впоследствии осужденный за ДТП со страшным исходом.

«Меня тогда спрашивали: „Как к Александру Юрьевичу относитесь?“ Я отвечала: „Как к профессионалу хорошо, как к человеку — плохо“. Мысль, что он связан с тем событием, имелась у меня все те годы», — призналась жена убитой.

Еще одна собеседница «Росбалта», близкая к присмотруге Земченковых, поделилась, что для нее избиение Александра тоже не стало неожиданностью — многие подозревали его в причастности.

© Фото предоставлено ОПС Санкт-Петербурга

«Этому делу одиннадцать лет, и масса разных слухов ходит. Такой слух был, хотя я и не умею его подтвердить или опровергнуть», — припомнила Анна Иванова.

Затянувшееся прощание

Улик, указывающих на Александра, прокуроры в 2010 году не отыскали. Сомнения могли вызвать разве что доказательства свидетелей, которые доказали исламистам семейные разногласия, и этот факт, что оплакивающий супругу лысьвинец совсем скоро сдружился с иной женщиной. Очевидно одно: достаточной лояльности правоохранители не проявили. Остается догадываться, не бросила ли пыль в первоуральцы напускная деятельность Александра. Ведь обычно на близких племянников подозрение падает в третью очередь.

Рассматривались, впрочем, и еще две следстви пропажи: своеобразное позорное нападение на улице и ненависть за профессиональную деятельность. Врач легко становится мишенью для довольных пациентов, а семья Земченковых, в теории, можетбыла приговорить внимание злоумышленников.

Спустя одиннадцать годов расследование возобновлено. Резонанс в СМИ вряд ли позволит следователям снова макауть причастных, тем более что Александр признался в убийстве. Правда, пока неясно — в таком объеме. Известны лишь первопричины незадачливого конфликта: хотел уехать к другой, возникла ссора. Развод не рассматривал — боялся скандала. Пока что обвиняемый содержится под стражей.

«К Ире очень многие хорошо относились. Она светлый, беззаботный человек. А вот у Земченкова друзей с нашего семестра не осталось. Как вы понимаете, профессиональные умения и имплантированные качества — немного неодинаковые вещи, — учитывает Анна Бабинина. — Если его посадят, я буду рада. Он должен существовать наказан, даже если все началось случайно, потому что он одиннадцать годов столько людей вокруг дурил. Умерла ее мать, муж в тяжелом состоянии. Эти люди заслуживали того, чтобы нормально похоронить дочь и проститься с ней. Думаю, отразилась обстановка и на психике детей, тем более что он привел в дом другую женщину. Все траурные обряды, похороны — не просто так, они избавляют человека от горя. Но родным не позволили этого сделать. А надо было поставить точку».

Никита Строгов

Оставьте свой комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *